Эх, не моя деревня!

Наткнулась где-то в сети на картинку:

И вспомнилось свое. Что вошло главой в книжку: https://imwerden.de/pdf/zolovkin_chazova_iz_zhizni_nedostrelyannykh_2010.pdf

Десять дней живем в деревне. Приехали вечером, когда уже смеркалось, толком не огляделись, измученные рухнули спать, едва умывшись. По изношенности скрипучих ступеней, ведущих на второй этаж – поняли только, что дом наш достаточно древен, (позднее выяснили - 17 век), но оснащен, тем не менее – всеми благами городской цивилизации. Туалет, громадная ванная комната сияющая кафелем, кухня совмещенная со столовой, оборудованная электроплитой, микроволновкой, кофеваркой, тостером. В кранах горячая и холодная вода – лей, хоть залейся.
Просыпаемся от пения птиц, петухов, горячего солнечного луча, каким-то чудом нашедшего щелочку в тяжелых деревянных жалюзи, которыми плотно закрыто окно. Быстренько завтракаем и отправляемся, как всегда – на поиски приключений.



(Фотография из того времени. Дом напротив того, в каком мы жили. Поснимать внутри жилища, в которое нас пригласила гостеприимная соседка, я постеснялась. Но на улице щелкала фотоаппаратом вовсю.

Вот эти белые ведерки вдоль дороги - это сбор пожертвований для "неимущих, бедных и больных". Через пару часов приедет специальная машина и все это соберет для благотворительных организаций.)


За 20 минут обходим деревню вдоль, поперек, потом еще по диагонали. Collapse )

«Ну, что тебе сказать про Сахалин?»))

Как бы «все побежали и я побежал». Все вспоминают свое самое первое первое сентября и я вспомню.))

Было оно в Казахстане. Станция Тобол. Не абы какая станция – узловая. Не знала тогда, что оно означает и хорошо это или плохо – узловая, но так.

На первую в жизни линейку я опоздывала и бежала к школе через пустырь, поросший лебедой, рыдая от огорчения в голос. Не знаю почему, но не сопровождал меня никто из взрослых. Наверное потому что мама с папой были на работе, а тетки мои, десятиклассницы Люда и Света, уже ушли, не дожидаясь «эту копушу» и, скорее всего, я пыталась их догнать.

Дальше – точно «тут помню, тут не помню». Еще отрывок из этого же дня – я сижу на плече у здоровенного десятиклассника и мы (мы пахали)), обходим строй школьников по периметру и я трезвоню изо всей силы в колокольчик, украшенный красным бантиком.



Потом первый урок. Учительницу зовут – Мариванна. (А как еще могут звать учительницу в школе?)) Первое огорчение – меня, такую умницу, которая уже читает «Как закалялась сталь» (подаренную дедом) и красавица, (вон какие банты мне «достала» бабушка! Капроновые!)) почему-то посадили не за первую парту, а где-то сбоку и посерединке между доской и «камчаткой».

После первого урока, едва прозвенел звонок, мы ринулись к двери, совсем как в каком-то кино, но были остановлены строгим голосом Мариванны.

- Стоп, стоп!! Сели все на свои места!! Сели! И запомнили навсегда, звонок не для вас! Для меня! Когда я скажу «Урок окончен» - можно будет спокойно встать и выйти из класса! Всем выйти! Дежурные открывают окна, чтобы класс за перемену проветрился и только по звонку с перемены, можно будет снова войти вкласс. Все поняли? Урок окончен...

Ну, а дальше – больше. Огорчений.

Писали мы поначалу карандашом.

- С понедельника начнем писать ручкой и чернилами. Не все сразу! Сначала самые лучшие!
- Пап! А мне со следующей недели ручкой писать разрешат! Сказали, что самым лучшим выдадут ручки и чернильницы! А завтра на урок труда надо принести тряпочку, иголку, нитки и пуговку! Будем шить перочистки! И мешочек для чернильницы!

- Да? Как интересно. А почему ты решила, что тебе дадут ручку?

- Как это, почему? Сказали ж, что дадут самым лучшим!))

Ручку мне выдали хоть и не последней в классе, но и далеко не первой...

Самый большой кошмар для меня был – школьные перемены, когда на улице шел дождь и нельзя просто бегать по двору. В эти дни народ из всех классов вываливал в широкий, но почему-то темный (в моей памяти), коридор и по преимуществу дети играли в одну и ту же игру. Все вставали в круг (таких кругов было много и учителя старались «перебаламутить» классы. Наверное, считали, что таким образом все подружатся со всеми). И для меня – чудовищно интровертированного ребенка, это была мука мученическая, когда весь круг ритмично хлопает в ладоши, припевая «Ой-ся, ой-ся, ты меня не бойся, я тебя не укушу, ты не беспокойся...», а тот, кого вытолкнули в центр, должен сбацать что-то вприсядку и в конце куплета вытащить в круг другую жертву.



Стоять и прихлопывать, безмолвно шевеля губами, я еще худо-бедно могла. А, вот, выходить в середину круга категорически упиралась. Ну, выше это моих сил было! Спасал меня звонок на следующий урок. Кажется, я так ни разу и не сплясала под эту Ой-сю))

Потом было еще много чего интересного в первом моем классе. И шаровары на физкультуре, каких не было ни у кого! В отличие от соучеников у меня у одной они были штапельные и красиво спадали на белые носочки, в которых я бегала в спортзале.

И у меня у одной была октябрятская звездочка, которую мне «достала» бабушка. Пластмассовая! С кудрявым Лениным в серединке! Вот же рёву было, когда в первый же день этот кудрявый Ленин у меня каким-то образом из звездочки выпал и потерялся.))

И потом – болезнь, которая не дала мне доучиться в первом классе даже до Нового года. Больницы, детский санаторий для легочников. На этом мой первый класс закончился.
Моя бурная школьная биография протекала в 12 разных школах за всю десятилетку. Но это уже совсем другие истории. Иногда забавные.))

Фотографии из тех, школьных времен. Первоклассница Эмма с подружками.))
Ну, и Мариванна с нами со всеми.

Нет!! Никогда!!))

Seine sieben Zwetschgen packen...

Ну, вот, как это сходу перевести на русский? "Пакуй свои семь слив..." Это если дословно. Если "вырвано из контекста". Какие свои "семь слив" ты должен упаковать, если далее идет такой текст: "Pack deine Siebensachen, damit wir endlich schwimmen gehen können!" (Пакуй свои семь слив, чтобы мы, наконец, пошли плавать!).

Или: "Pack deine sieben Zwetschgen, und komm nach Wien; wir besorgen dir Arbeit und eine Wohnung." (Пакуй свои семь слив и приезжай в Вену. Мы найдем тебе тут и работу и жилье).

Ну, вот, чего я должна упаковать, если, к примеру, зимой не плавают (разве что в бассейне), да и зачем мне сливы, если я иду плавать? Какие сливы я должна прихватить с собой в Вену, чтобы там успешно найти жилье и работу? А без слив мне там ни за что не найти ничего и никогда?

А не надо думать ни про какие сливы. Надо просто родиться в этом языке. По-русски мы бы сказали - "Пакуй скорее свои лохомындрики и пошли уже купаться, чо ты копаешься там?" Или "Шмутки в охапку и к нам в Вену! Все найдем и хату и работу, только приезжай!"

Вот и вся слива. Пока разберешься - торчком в заднице, как сказали бы в моем далеком предалеком школьном детстве.))

И с языком - да. Чтобы на нем писать, надо с ним родиться. Читать, понимать, ну, если поднапрячься и продраться через сливовые заросли - то можно. А писать - увы.))

Корейское чудо...

Вот, пованивают на Украину: "Ва-а-ас!! Пен...сы захватили! Вы - страна 404!! Вами Омерика управляет!"

Не будем далеко ходить. Германия... До сих пор не может "переварить" воссоединения с "социалистическим раем" - ГДР. (Хотя Америка и помогала и помогает.)

Корея. Все еще разделена на Северную и Южную. Северную много лет держал на плаву и кормил СССР. Южной - помогла встать на ноги Америка. Правда, помогают тому, кто сам перебирает лапками или, как изящно выразилась одна тетенька здесь в ЖЖ - "шевелить надо было колготками! Абрамович шевелил, а вы только завидуете и злобствуете!"))

Южная Корея, наверное, шевелила. И первое, кто в ней шевелил - ее правительство, которому надоело быть нищими и управлять нищим народом. Ну, и вот...

"Тятя, тятя, наши сети принесли..."

"Буткевич Андрей
А вы знаете, почему у маленькой Южной Корее без нефти и газа ВВП больше, чем у большой России с нефтью, газом и алмазами? Вот и тоже я знаю...
Южная Корея
11-я экономика мира. Средняя зарплата – 3000 долларов в месяц. В стране просто нет бедных. Средняя продолжительность жизни – 82 года. Самый низкий уровень младенческой смертности в мире. Топовый мировой поставщик высоких технологий. Каждый третий корабль в мире произведен здесь. Не говоря про автомобили, смартфоны и телевизоры. Население – одно из самых образованных и конкурентно-способных в мире. Школы – третьи в мире по качеству образования. Больницы – третьи в мире по качеству медицинских услуг. Армия – пятая в мире по мощи и эффективности. Правительство инвестирует в науку больше, чем Япония и США. Самое большое количество подключенных к интернету людей в мире.
И все это – на ничтожной территории, без нефти, газа и драгоценных металлов. И все это – буквально за одно поколение, в кратчайшие сроки, на обломках голода и войны. И все это – не растеряв собственных традиций, своего языка, из уважения и любви к жизни.
Южная Корея – рукотворное человеческое чудо. И наглядный пример на планете: свобода и упорство побеждают. Всегда!"

Жыве Беларусь

Блин! Совсем с катушек съехали! Чем только ни пугали! Но, кажется, женщины в этой стране покруче "юношей" получаются. Тихановская, Колесникова, теперь, вот, Тимановская.

Умнички! Как же я вам сочувствую! Как знакомо, что у вас на душе, когда кажется, что весь мир против тебя, но ты не можешь сломаться! Ты не можешь пойти против только одного, собственной совести.

https://meduza.io/feature/2021/08/01/tebya-gordynya-nachinaet-v-krugovorot-dyavola-brat-i-krutit-toboy

Где эта улица, где этот дом...

Мелькнуло где-то в сети: а какая у вас была самая первая ваша работа и куда вы заработанные на ней миллионы девали?))

Сижу и вспоминаю, а какая же у меня была первая работа и куда я девала заработаное?

И вспомнилось. Нет. Не посуду мыла и не подъезды подметала. Устроила меня мама через какую-то свою знакомую тетечку поработать летом после 8 класса (это 1966 год), в суде, повестки разносить. Ну, как бы - работа не пыльная. Для здоровья полезная. Пешочком по городу походить - он ж всяко полезней, чем на диване с книжкой лежать?

Жили мы тогда в Казахстане. Город Рудный - не так чтобы сильно большой, но и не деревня в две улицы.

Выделили мне участок не самый крохотный. Мы-то сами уже жили на окраине, но в новом микрорайоне в новенькой пятиэтажке. А разнести повестки предстояло не только здесь, но и дальше, практически в степь ковыльную, где стояли мазанки с земляными полами. Какое-то время мы там тоже пожили. Снимали комнатку у старушки в красном бархатном платье и кофточке под ним с широкими белыми рукавами. Так запомнилось.



Повесток было много. Выдавать надо было под расписку и никаким не родственникам, только "бенефициару" строго в руки.

Дня два работа моя особой радости, хоть и не приносила (сугубый интроверт, самой большой мукой для меня было - пристать к незнакомомму человеку с вопросами)), но и запредельно противной все же не была. Жара, только, донимала. Нечеловеческая жара стояла тем летом. Хотя, может, она мне тогда и казалась нечеловеческой, потому что целый день ищешь этот проклятущий адрес, когда указателей "где эта улица, где этот дом, где эта барышня, што я влюблен..." - с гулькин нос.

Но на третий день произошло небольшое приключение, на котором моя работа в этом строгом учреждении и закончилась.))

Нашла, наконец, я эту перекосившуюся мазанку, куда мне надо было занести повестку. Бесстрашно вошла во двор. Собака в будке даже цепью не дернула. Ей, наверное, тоже было жарко.

Постучала в косяк открытой настежь двери. Никто не откликнулся. На мое: "Есть тут кто-нибудь?" - ответа не последовало.

Вошла... Тишина, но прохладно. Позвала еще раз "Тут кто-нибудь есть?"

Снова тишина.

Прошла дальше. Уже не надеясь на ответ, снова спросила про "есть кто-нибудь живой?"

Поняла, что нет никого и повернула назад.

И вот тут-то у меня опустилось всё, что только могло в тот момент опуститься. Прямо за моей спиной стоял молодой человек, который, видимо, так и шел за мной следом, ступая абсолютно бесшумно и пристально смотрел теперь мне в лицо...

Протягиваю ему повестку и пересохшими губами спрашиваю фамилию.

Ответа нет. Только тот же изучающий взгляд без улыбки.

Еще раз спрашиваю, туда ли я попала и не живет ли здесь вот этот вот, которому я принесла повестку?

- Живет, милая, - вдруг слышу женский голос откуда-то из-за спины этого странного парня. - Давай, я передам.

- А это не вы? - снова пытаюсь я соблюсти правила и отдать все-таки повестку "лично в руки!" и обращаюсь к этому бесшумному призраку.

- Ты мне давай, - материализуется, наконец, у него из-за спины старушка примерно такая же, у какой мы недавно снимали комнатку, только одета она в зеленый плюш. - Нет. Расписываться я не умею...

Поворачиваюсь к странному парню и протягиваю авторучку ему: "Ну, тогда, вы распишитесь..."

- Да, нет. Он у нас глупенькой, - поясняет старушка и я отдаю, наконец, ей повестку, нарушая все и всяческие правила, которые мне строгим голосом внушали на инструктаже перед первым рабочим днем.

Выхожу со двора, едва не бегом. "Глупенькой" таким же скорым шагом сопровождает меня за калитку, откуда я уже так рванула, что, наверное, стометровку у меня никакой олимпийский чемпион не выиграл бы. Мой провожатый потопал мне вслед, как топают взрослые, играя с ребенком "догоню, догоню..." и радостно и громко загыгыкал, не собираясь догонять эту пугливую дурочку.))

Это был последний день моей работы.

Вечером меня выслушали родители и дружно запретили продолжать "искать на попу приключений")).

Понятия не имею, заплатили ли мне сколько-нибудь за три рабочих дня. ))

Фотография с комсомольского билета, который я получила за год до описываемых событий.))

(no subject)

Кто варит варенье в июле
Тот жить собирается с мужем.
Уж тот не намерен, конечно,
С любовником тайно бежать.
Иначе зачем тратить сахар,
И так ведь с любовником сладко,
К тому же в дому его тесно
И негде варенье держать.
Кто варит варенье в июле,
Тот жить собирается долго,
Во всяком уж случае зиму
Намерен пере-зимовать.
Иначе зачем ему это
И ведь не из чувство же долга
Он гробит короткое лето
На то, чтобы пенки снимать.
Кто варит варенье в июле
В чаду на расплавленной кухне,
Уж тот не уедет на Запад
И в Штаты не купит билет,
Тот будет по мертвым сугробам
Ползти на смородинный запах…
Кто варит варенье в России,
тот знает, что выхода нет.
Инна Кабыш

И фотографии мои. И картинки мои. И что "выхода нет" я иногда соглашаюсь...





(no subject)

Листаю свои старые записные книжки. Времен "Отдела писем" в газете "Черноморская здравница".

Нахожу крик души, который достиг редакции:

"С одной семьей у нас острое общепонимание, она меня всяко обзывает, била меня, за волосы вытаскивала из головы".

(Орфография и пунктуация - естественно - авторские)). Картинка из тех времен.))